Кашмирский шиваизм

Кашмирский шиваизм дает чрезвычайно богатое и подробное объяснение человеческой души и предлагает четкий и ясный путь кундалини-сиддха-йоги к Цели — осознанию высшего "Я".

Кашмирский шиваизм, который особенно подчеркивает необходимость признания человеком уже существующего единства с Шивой, является самой последовательно монистической из всех шести школ. Он возник в девятом веке в северной Индии, которая тогда представляла собой мозаику из маленьких феодальных царств. Цари-махараджи покровительствовали различным религиям. Еще силен был буддизм. Тантрический шактизм расцветал на северо-востоке. Шиваизм переживал ренессанс начиная с шестого века, и Шива был самым популярным из индуистских богов.

В соответствии с преданием кашмирского шиваизма, Господь Шива первоначально установил шестьдесят четыре философских системы, причем некоторые были монистическими, некоторые дуалистическими и некоторые — монистически-теистическими.

В соответствии с преданием кашмирского шиваизма, Господь Шива первоначально установил шестьдесят четыре философских системы, причем некоторые были монистическими, некоторые дуалистическими и некоторые — монистически-теистическими. Постепенно они были утеряны, и Шива приказал мудрому Дурвасасу оживить знание. "Умом-рожденные" сыновья мудрого Дурвасаса были назначены учить людей философиям: Трьямбака — монизму, Амардака — дуализму и Шринатха — монистическому теизму. Так Трьямбака в незапамятные времена заложил основы кашмирской шиваитской философии.

Затем, по преданию, Сам Господь Шива почувствовал необходимость разрешить противоречия в интерпретациях Агам и противостоять дуалистическим искажениям древних доктрин монизма. В начале 800-х годов на горе Махадэва близ Шринагара жил Шри Васугупта. Предание сообщает, что однажды ночью Господь Шива явился ему во сне и рассказал, в каком месте в скале вырезано великое священное писание. Проснувшись, Васугупта поспешил к указанному месту и нашел там семьдесят семь кратких сутр, выгравированных на камне, которые он назвал "Шива-сутрами". Васугупта показал "Сутры" своим ученикам. Так философия начала распространяться. На этой письменной основе выросла школа, известная как кашмирский шиваизм, северный шиваизм, пратьябхиджня-даршана ("школа признания") или трика-шасана ("система трика"). Трика, "три", относится к тройственному проявлению Божественного: Шива, Шакти и душа, а также к трем собраниям писаний и к ряду других триад.

Кашмирская шиваитская литература делится на три больших раздела: Агама-шастра, Спанда-шастра и Пратьябхиджня-шастра.

Кашмирская шиваитская литература делится на три больших раздела: Агама-шастра, Спанда-шастра и Пратьябхиджня-шастра. Агама-шастра включает в себя книги божественного происхождения, а именно литературу Шайва-агам, а также "Шива-сутры" Васугупты. Спанда-шастра или "Спанда-карика" (из которых до нас дошло только две сутры) приписываются ученику Васугупты Каллате (ок. 850— 900 г.). В них развиваются дальше принципы "Шива-сутр". Основными частями Пратьябхиджня-шастры являются "Шива-дришти" ученика Васугупты Сомананды и "Пратьябхиджня-сутры" ученика Сомананды, которого звали Утпаладэва (ок. 900— 950 г.). Абхинавагупта (ок. 950— 1000 г.) написал около сорока трудов, включая "Тантралоку", или "Прояснение Тантры", исчерпывающий текст по агамической шиваитской философии и ритуалу. Именно блестящие и энциклопедические работы Абхинавагупты окончательно утвердили кашмирский шиваизм как важную философскую школу.

Кашмирский шиваизм дает чрезвычайно богатое и подробное объяснение человеческой души и предлагает четкий и ясный путь кундалини-сиддха-йоги к Цели — осознанию высшего "Я". За века своей истории эта традиция произвела многочисленных сиддхов, обладавших выдающимся видением и силой. Рассказывают, что Абхинавагупта, завершив свой последний труд по системе пратъябхиджни, вместе с 1200 учениками вошел в пещеру Бхайрава близ Мангама, и больше их никогда не видели.

Кашмирский шиваизм предельно монистичен. Он не отрицает существования личностного Бога или богов. Но гораздо большее внимание уделяется личной медитации и размышлению преданного и его послушанию гуру. Сотворение души и мира объясняется как абхаса, "эманирующее сияние" Самого Бога Шивы в Его динамичном аспекте Шакти, или первого импульса (спанды). Как "Я" всего, Шива имманентен и трансцендентен и совершает через Свою Шакти пять действий: творение, сохранение, разрушение, откровение и сокрытие. Кашмирский шиваит не столь сильно озабочен поклонением личностному Богу, сколь достижением трансцендентного состояния сознания Шивы.

Кашмирский шиваит не столь сильно озабочен поклонением личностному Богу, сколь достижением трансцендентного состояния сознания Шивы. Путь эзотерический и созерцательный, кашмирский шиваизм охватывает и знание, и преданность. Садхана ведет к поглощению объекта (мира) в субъекте (Я), пока Шива не открывается как единый с вселенной. Цель — освобождение — есть постоянно поддерживаемое признание (пратьябхи-джня) того, что истинное "Я" — не что иное, как Шива. Нет никакого слияния души с Шивой, поскольку они вечно нераздельны.

Есть три упайи, стадии достижения богосознания. Они не последовательны, хотя и зависят от эволюции преданного. Первая стадия — анавопайя, которая соответствует обычной системе поклонения, йогического усилия и очищения посредством управления дыханием. Вторая стадия — это шакто-пайя, поддержание постоянного осознания Шивы посредством мыслительного различения. Третья стадия — шамбхавопайя; в ней мгновенно достигается богосознание, когда гуру просто сообщает, что сущностью "Я" является Шива. Есть еще и четвертая стадия, анупайя, "отсутствие метода", когда зрелая душа признает, что ничего не надо делать, достигать или осуществлять, кроме как пребывать в своем собственном бытии, которое уже имеет природу Шивы. Осознание зависит от гуру, чья милость есть расцвет садханы. Несмотря на то, что было много знаменитых гуру, из-за географической изоляции Кашмирской Долины и позднейшего мусульманского завоевания кашмирский шиваизм имел относительно мало последователей. Ученые только недавно снова явили его писания миру, опубликовав уцелевшие тексты. Первоначальную парампару в недавние времена представлял Свами Лакшман Джу. Сегодня различные организации по всему миру в какой-то степени распространяют эзотерические учения кашмирского шиваизма. Хотя число формальных последователей точно не определяется, эта школа по-прежнему еще пользуется сильным влиянием в Индии. Многие кашмирские шиваиты покинули раздираемую войной Кашмирскую Долину и осели в Джамму, Нъю-Дели и повсюду в северной Индии. Эта диаспора преданных шиваитов может еще послужить распространению учения в новых регионах.

Абхинавагупта - один из самых блестящих мыслителей и духовных учителей кашмирского шиваизма, жил в 10–11 вв., предпринял широкий синтез тантрических доктрин и практик и создал оригинальную эстетическую концепцию. Синтезировал в доктрине трика («[Почитание трех богинь] трезубца») два основных направления шиваитской мысли - спанду (учение об энергетике Божества как "космической вибрации") и пратьябхиджню (учение об «узнавании» божества). Ему также принадлежит систематизация тантрической йоги - крама («постепенность» нисхождения божественных энергий), каула (тантрический эротический ритуал) и пара (почитание «высшей» богини). Абхинавагупта считается автором до 25 сочинений, в том числе трактатов, комментариев, гимнографии.

Йоганганупайогитван (Бесполезность методов йоги) - Абхинавагупта, Тантралока 4.86-4.109

[86] Среди различных механизмов йоги только один имеет силу - это разум, который последовательно воспринимает все более тонко и глубоко.

[87-88] Пять ограничений и пять дисциплин, позы тела и управление дыханием не приносят никакой пользы сознанию, они являются простыми внешними формами, которые никак не могут повлиять на него.

[89-91] Как гласит "Виравали-тантра", "когда солнце и луна поглощены вследствие растворения разума в Шиве, единственном и чистом знании, живущий достигает бхаги. Тогда и только тогда можно говорить об освобождении. Управление дыханием для этого бесполезно, оно действует на тело и поэтому мешает отстраниться от него. Знающий эту тайну освобождается, у него есть такая возможность".

[92-94] Отстранение чувств от объектов в действительности всего лишь их внутреннее усиление до возникновения связи. Концентрация заключается в фиксировании ума на некотором объекте. Созерцание - всего лишь последовательность однородных ощущений. Наконец, полное поглощение возникает в состоянии отождествления с познаваемым, его причина - исчезновение разделения на субъект и объект.

[95-96] Следовательно, три практики дхараны, дхьяны и самадхи бесполезны в достижении высшего сознания. Если ограничения и вообще какие-либо йогические практики, включая самадхи, и называют ступенями йоги, то только потому, что они следуют друг за другом и в сумме из них можно сделать некоторые выводы.

[97] Находящееся внутри сознания может быть проявлено наружу в прану, тело и разум посредством упражнения, но не определенно наоборот.

[98-99] Или же, как это принято в нашей системе, можно сказать, что тело, разум и т.д. проявлены во всем, и ничто не мешает тому, что проявление основанных на них вещей вызовет устранение их противоположностей. Тело, растущее вверх, также вызывает рост тени.

[100] В чтении и размышлении наше сознание, гармонично выстроенное изречениями мастера, несомненно пробуждается.

[101] Знание и слова учителя не могут быть включены в наш разум только им одним. Из-за этого возникает необходимость в пробуждении.

[102] Его основа - постоянное, в том числе и во сне, размышление о результатах того, что происходит, например, когда мы слушаем.

[103] В этом смысле чтение представляет собой размышление о звуке, который не имеет какого-то смысла, созерцание вместо раздумий, обусловленных значением.

[104] Относительно сознания, которое превосходит любую двойственность, это упражнение не имеют какого-либо смысла. Оно служит только для того, чтобы только уничтожить тень двойственности.

[105] Размышление по крайней мере в вышесказанном смысле выясняет и уничтожает сомнения двойственности. Те способы, которые могут сделать его эффективным, в том числе ограничения и т.д., могут использоваться как вспомогательные.

[106-109] "Все предписано и все запрещено", так сказал сам Господь в "Малинивиджае" после слов "не двойственность и не недвойственность, не поклонение линге" и т.д. "и не все прочее". "Йоги (других систем), состоящие из разных частей, вроде управления дыханием и так далее, надуманны и нереальны, и не стоят даже шестнадцатой части этой истинной и несотворенной нами"; "только то, о Госпожа Богов, предписывается как обязательное, чтобы разум применялся больше к истинной сути и меньше к обретению частностей".

/ / $2C1E.HTM -->
X